Так, я тебя рад видеть. Мы, по-моему, с тобой в предыдущий раз встречались как бы не весной еще, да? Весной, да. Весной я тебе написал, по-моему, где-то то ли апрель, то ли начало мая, что -то такое. Я уже сейчас не помню даже. Давай немножко обновим, потому что мне кажется, это прикольная точка А. А то, где мы сейчас, давай попробуем примерить как точку Б, потому что я помню, что ты готовился стать отцом. Да, у тебя происходило множество каких-то изменений, которые поднимали у тебя вопрос о том, что такое вообще быть мужиком. Да. Я так понял, что… Ну, я на самом деле… Да, ага, ага. Я, на самом деле, да, давно на эту тему рассуждаю, поэтому, мне кажется, мы здесь сегодня. Собрались, да. Собрались, да. Круто, Жень, рад тебя видеть. Я предлагаю нам пару слов, наверное, о себе рассказать по очереди. Да, давай просто представимся, потому что, на самом деле, у этого разговора нет какой-то конкретной цели, мне кажется, тоже важно обозначить, что мы просто… Ну, нашлись как-то вот по… Ну, я расскажу, как я нашел Диму, наверное, и написал ему потом, чтобы было понятно, был понятен контекст. И мне кажется, ты классно обозначил, что вот есть эта точка, когда мы списались впервые и созвонились. Вот. А сейчас, наверное, представимся. Расскажи о себе, ты первый. Привет. Меня зовут Дмитрий Озеров. Мне 35 лет. Я живу в городе Ростов-на-Дону. Я занимаюсь тем, что веду групповые индивидуальные тренировки в Центре коррекции осанки и здоровья позвоночника. То есть я так или иначе помогаю людям, у которых проблема с опорой, с физической опорой, проблема с опорно-двигательным аппаратом, с позвоночником, и как следствие часто это влечет за собой потерю эмоциональную, потерю психологическую. Вот. Год назад я столкнулся, наверное, с пиком своего какого-то личностного кризиса, не знаю, кризиса смыслов, кризиса среднего возраста, можно называть как угодно. И, наверное, вот этим пиком, верхушкой этого кризиса было то, что я осознал, что у меня очень большой страх конфликтов. И это проявляется в той степени, в которой я уже не могу это игнорировать, в которой я уже не могу позволить себе срезать углы, потому что жизнь дальше просто, блин, не работает. Она не работает ни в сфере отношений, ни в сфере профессионального развития, карьеры, работы, денег, здоровья. То есть буквально все по принципу домино начало сыпаться. И для меня одним из главных маркеров, по которому я… как бы начал видеть вообще, что происходит, это ощущение страха конфликтов, ощущение в том, что я наконец себе в этом признался. И я начал пытаться понять, как с этим можно работать и разбираться. Самое… И самое понятное и простое, что пришло первым на ум мне лично, что нужно пойти на бокс, чтобы научиться драться и быть сильным. Вот сейчас уже, конечно же, я сам потешаюсь над своим решением и над своим образом и ходом мысли, но на тот момент оно мне казалось рациональным и на самом деле привело к очень классным событиям, в том числе нашему с тобой знакомству. Да, тому, что начало происходить со мной на YouTube, канал, куча классных ребят, знакомств, которыми я обзавелся. И оказалось, что не я один в таких же размышлениях, в таких же переживаниях. И само по себе, наверное, это меня очень поддержало. Сейчас это уже вылилось, наверное, в какое-то, не побоюсь этого слова, комьюнити или сообщество мужское, где разные ребята разного возраста, примерно от 22 до 50, в безопасной среде делятся своими иногда страхами, иногда сомнениями, часто победами. Но для меня это очень ценно, потому что, наверное, это то, чего мне самому не хватало. Вот такое сообщество, такой круг, куда бы я сам мог прийти и честно признаться в том, что, блин, я не знаю, как жить. Иногда я не знаю, что это такое быть мужчиной. Иногда я не знаю, что мне делать, когда на меня накатывают эмоции, как их проживать. И как-то в нашем обществе не особо это культивируется. Я вот не могу себе представить, чтобы я пришел на бокс и задал там в лоб такие вопросы мужикам. Все-таки определенная дистанция есть. Каждый свое забрало на себя натягивает. А здесь это возможно, это безопасно, и это, конечно, очень круто. И я хочу поблагодарить всех вообще, кто к этому причастен. Потому что уж точно не я один. Как-то так. Блин, круто. Ты очень круто представился, на самом деле. Мне кажется, ты хорошо раскрыл, что ты делаешь и что у тебя еще в жизни происходит. Почему мы сегодня разговариваем, собственно. Это то, что меня зацепило в тебе, когда я… Я не знаю, как мне YouTube подсунуло это видео, очень вовремя как-то тоже, потому что у меня прошлый год очень похожая ситуация. Ну, для начала, кто я? Чуть-чуть. На самом деле, мне сейчас сложно себя как-то идентифицировать, поэтому я писатель. То есть я реально пишу давно. Может быть, я сейчас мало публикую, но это мой основной способ мыслить в принципе. То есть я там с года 17 веду блог, рассылку. И вот все, что я делал, даже когда занимался дизайном, у меня была своя дизайн-студия, 8 лет, все там проекты, они все начинались с какого-то текстового документа, где мы раскладывали проблему, решение, возможно, какие-то ограничения с клиентом. То есть это всегда шло через текст. Поэтому все продукты, которые я делал, это тоже текстоцентричные какие-то штуки. То есть для меня вообще в целом смыслы, поиск смыслов — это такая даже не работа, я не знаю, но я от этого кайфую на самом деле. То есть для меня это вообще прям то, чем я мог бы заниматься, и занимаюсь бесплатно просто потому, что мне это правда нравится, интересно. Размышлять — это любимое занятие. Наверное, если бы я там жил тысячу лет назад, я был бы каким-нибудь философом, слабый, в бочке лежал бы и думал бы что-нибудь. Вот. Я писатель, я отец. Мне кажется, вот это основные две вещи, которые сейчас… Ну и, наверное, еще третий — преподаватель. С недавнего времени я преподаю дисциплины различные в местном вузе, в Тюменском университете. Как раз управление проектами, конфликтные… Кстати, конфликты, как раз у меня будет курс коммуникации. В общем, вот все, что я, опять же, делал, тоже в студии, чем я занимался. И прошлый год у меня похожая штука, наверное, происходила. Похожая как… Не в смысле, что у меня то же самое, что у тебя, но я это про себя назвал сломом. Когда у тебя ломается все, что ты до этого… даже не то, во что ты верил, но то, что на тебя работало, и ты понимаешь, что все, оно перестало тебя тянуть вперед, вот как ты это описываешь, что дальше не прет. И у меня это случилось в том числе даже с собственным делом, то есть я просто почувствовал, что я не хочу дальше это вытягивать, спасать, когда там уже явно экономика не сходится, я понимаю, что в этот раз уже я не готов в эту лодку запрыгивать там и что-то выжимать из себя. И в целом было ощущение, что, а что дальше, потому что мне 34 сейчас, то есть мы с тобой очень рядом по возрасту, и это тоже такой похожий момент в жизни, когда ты начинаешь задаваться вопросом, окей, я вот это сделал, вот это сделал, и в целом у меня все ок, но мне нужен какой-то следующий вызов, куда мне идти дальше, потому что просто существовать, зарабатывать бабки, жрать вкус. сладко спать, это как бы, ну, не жизнь, это так, ну, существование какое-то похожее, и в этом нету… Ну, для мужчины, мне кажется, это плохая среда, ну, то есть это тебя убивает в каком-то смысле душевно, там, психологически, ну, то есть ты… Перестаешь себя ощущать живым буквально. Это то, как я себе это описываю. И ты буквально начинаешь голодать по каким-то новым смыслам, новым идеям, которые бы тебя зарядили. Вот. И вот, собственно, поэтому, когда я увидел видос «Страх конфликтов», он для меня как раз не про то, чтобы там подраться пойти, а как раз да глубже. То есть конфликт для меня — это очень широкая тема. Это и в первую очередь, ну, в первую очередь, это, конечно, конфликт с самим собой, внутренних каких-то твоих, не знаю, конфликт даже элементарно твоей тени, твоей, условно, светлой стороны. Вот это уже… большая тема для мыслей, для размышлений. Поэтому я написал Диме, и вот мы здесь. Спустя полгода почти, мне кажется. Да, спасибо тебе большое. Слушай, сразу отозваться хочется несколькими тейками на тебя. Если с конца начать, во-первых, я абсолютно с тобой согласен, что… наверное, к нашему возрасту, к нашим годам, ты гораздо чаще задумываешься не о тех конфликтах, которые могут с тобой приключиться во внешнем мире, сколько о тех конфликтах, которые разворачиваются у тебя внутри. И это интересно, потому что мой-то канал, он изначально был скорее об этих конфликтах. Но большинство людей считало это по-другому, ну потому что естественно, что для большинства ребят, выросших на территории стран бывшего СНГ, слово «конфликт» ассоциируется с зарубой где -нибудь во дворе или в подворотне. В последнюю очередь люди думают о конфликте ценностей, знаешь, там, о конфликте, вот ты очень здорово обозначил теневой стороны и светлой, да, чтобы мы сюда не вкладывали, потому что вложить можно очень много. И второй интересный момент, ты… С одной стороны, ты рассказываешь историю о том, что ты тоже очень такую большую ревизию проводил, какую-то свою по жизни, и примерно это у тебя также происходило год назад. А с другой стороны, ты рассказываешь то, к чему ты пришел сейчас, и это настолько целостно звучит, вот для меня лично. То есть ты говоришь, я писатель, я отец, и я преподаю. И для меня вот я прям ощущаю в этом очень много какой-то идентичности и даже опоры. Вот, поэтому, не знаю, может быть, ты это внутри как-то по-другому проживаешь, но для меня это такой стэк настоящего мужчины, ну, знаешь, не в маскулинном смысле, а в очень таком, ну, классном смысле. Засмущал. Слушай, да я, наверное, как я это воспринимаю? На самом деле за этим стоит очень большая работа. что я делал, наверное, если рассказать. Ну, я, на самом деле, чуть-чуть тут подготовился, просто покажу, просто камеру. Я очень много пишу именно от руки дневник. И здесь вот у меня эта страница, где у меня с одной стороны кто я, а с другой… кто не я и кто я. То есть у меня прям вот здесь красное, здесь зеленое. Я прям сидел, вот пока я эти страницы не испишу, я, короче, не остановлюсь. Вот я там написал, собственно, вот эти две страницы и… Это на самом деле простой вопрос, очень простой. Кто ты и кто не ты? Кажется, ну то есть что тут вроде сложного? На самом деле, когда ты начинаешь расписывать, ты начинаешь видеть… что для тебя ок, что для тебя не ок, с какой ситуацией ты бы смирился или принял это, какой бы ты сказал, что за хрень. И ты начинаешь это чувствовать лучше гораздо, ты начинаешь гораздо лучше себя понимать, узнавать. И вот я, собственно, стараюсь ввести дневник более -менее регулярно. Сейчас не так часто получается, но хотя бы раз в неделю, в принципе, выписывать, что у меня было, какие основные какие-то моменты в жизни, что происходило. И какая-то рефлексия на них в том числе. И это никуда не идет, по большому счету. Иногда это уходит в платный мой блог, но очень редко это сейчас. В основном это остается для меня. И это просто для того, чтобы я лучше понимал самого себя, кто я и куда я развиваюсь, и туда ли я развиваюсь. Потому что, как по мне, мой опыт мне подсказывает, что если об этом не думать… то оно как бы само не получится, короче говоря. То есть это как с тренажеркой или с боксом, или с чем угодно, с любым видом спорта, или любым навыком, например, вождением. Если ты его не оттачиваешь, если ты этим не занимаешься, оно никак не развивается, ты никуда не эволюционируешь, ты даже более того не осознаешь, что там с тобой происходит, в принципе. А это даже, мне кажется, еще хуже, чем если знаешь, что у тебя есть проблема. Вот, это, конечно, гораздо лучшая ситуация, потому что, когда знаешь проблему, это уже полрешения, как минимум, а когда ты не в курсе даже, что у тебя там есть конфликт какой-то ценности, например, или даже… Конфликт, в принципе, карьерный, допустим, ты занимался всю жизнь, не знаю, чем-то, не знаю, был, например, строителем, я не знаю, но ты ненавидел это там всю жизнь, допустим, и не хотел на эту работу уйти, но тебя там, не знаю, кто-то заставил, когда-то там папа сказал, иди поступай вот сюда, или мама там, не знаю. Ты поступил, и всю жизнь с этим страдал. Ты такой осознаешь, блин, а мне это на самом деле никогда не нравилось, а я столько лет потратил на это. И вот это грустно. И я, наверное, из этих побуждений, что мне все-таки не хочется потратить следующие 9−10 лет. Я как-то так примерно отмерил, что я вот сейчас 9 лет посвятил дизайну, работе на себя. Мне было это в кайф. Я, мне кажется, сделал все, что я хотел, плюс-минус. И дальше уже меня не торкало. И я подумал, окей, что бы я хотел дальше. Я просто сел и начал писать, какая моя идеальная картинка будущего вообще. Не через 10 лет, а в принципе вообще. Я такой, блин, я вот живу там-то, у меня там столько-то детей, мы там с женой то-то -то делаем, мы туда-то ездим, у нас там машина такая-то, например. Ну, то есть просто вот банальные какие-то вещи, которые я бы хотел видеть в своей жизни. Чем я занимаюсь, как мой день устроен. Вот это, мне кажется, вообще классное упражнение, написать, как устроен твой идеальный день, и увидеть, а что там вообще должно быть, и потом сравнить с тем, что у тебя сейчас. Ты начинаешь видеть разницу. И понимаешь, какой путь тебе надо проделать. Но это на самом деле… Ну, кого-то, может, это демотивирует, меня это заряжает, например. Потому что это дает какой-то отвязляющий такой эффект. Ты начинаешь понимать, ага, то есть я сейчас, допустим, на 30% живу ту жизнь, в которой я бы хотел жить в идеале. И дальше ты такой, блин, окей, мне надо остальные 70. Теперь я понимаю, как мне и хотя бы куда мне надо двигаться, чтобы их тоже воплотить в жизнь. Мне кажется, как-то вот я такими категориями мыслил, и вот прошлый год у меня ушел на то, чтобы все это переработать и буквально избавиться от всего, что умерло, отмерло. И это было на самом деле довольно страшно, потому что… Прикинь, я 8 лет занимаюсь дизайном, и все знают, как арт-директора, какого-нибудь руководителя. А тут раз, и я уже не руководитель и не арт-директор. И все, эта штука уже как бы… То есть я, если ее даже вслух произношу, я в нее не верю просто. Ну, то есть она уже звучит даже как-то так, неуверенно. И даже уверенно, если скажу, я внутри чувствую, что это не я. И это стрёмно. То есть вот от этого чувства, оно такое липкое, знаешь, когда вот ладошки потеют, вот это вот неприятное чувство. И что тебе помогло пройти через этот период? Мне кажется, какие-то маленькие опоры, которые оставались в моей жизни, и у меня как это было? Это где-то началось в мае 25-го, получается, да, год назад, полтора уже. Я съездил в отпуск умышленно, потому что я чувствовал, что я устал. То есть у меня там была ситуация такая, что много уже всего навалилось. Я не вывозил. И финансово, и психологически, и всячески. Я думаю, я съезжу, сгоняю в отпуск, там, ЕКБ на недельку. Я съездил, вернулся, я понимаю, что ничего не поменяло буквально. То есть у меня проблемы никакие не решились, ничего не ушло. И я тогда пошел, первое, что я сделал, я пошел в терапию, вернулся. Я там недолго был в ней, какое-то время давно, но думал, да я там все уже решил. Это все уже решил, оно раскатилось на 30 сессий в прошлом году в итоге. То есть я просто раз в неделю тупо ходил, вообще неважно, как я себя чувствовал, я шел к терапевту, и мы прорабатывали какие-то штуки. Второе, что я сделал, я все, что мог, поставил на паузу, просто тупо перестал делать. Заниматься ремонтом каким-то в квартире, обустройством, еще чем-то. Все, что мог остановить, я остановил. Оставил только йогу, на тот момент я ходил на йогу и до сих пор хожу. Это просто чтобы поддерживать себя как-то через тело, ну, чтобы… чувствовать себя нормально, потому что это тот момент, где ты можешь ни о чем не думать, сфокусироваться только на том, чтобы делать упражнения. И все. И вот какое-то время я жил в таком режиме, и это помогло просто, высвободило, наверное, ресурсы какие-то у организма, у мозга, я не знаю, у чего там еще. Начать потихоньку раскидываться с проблемами. Сначала финансовый вопрос решил, потом я со студии понял, что все, надо закрывать, потому что тут уже тоже я не тяну. Очевидно, у меня выбор либо кредит брать, в долги влазить, либо просто закрыть дело. И как-то постепенно, постепенно, одно за другим оно разрешилось. И оно дотянуло меня до определенного времени осенью, когда я уже узнал, что у меня будет ребенок. И тогда у меня вообще как бы там перещелкнуло, потому что я понял, а, ну все, типа у меня уже нет… То, что возможности и времени ебланить, я бы так не сказал, но стало понятно, что надо сделать до рождения ребенка. У меня прям появился список такой, вот это надо сделать, все. У меня есть чем заняться в ближайшие 7−8 месяцев до этого момента. И это довольно сильно заземляет, потому что эти задачи, они вообще не про работу, они не про тебя уже немножко даже. Ты уже начинаешь мыслить. чуть-чуть будущим вот этим и его как бы приближать. И это, мне кажется, очень здорово, это отрезвляет, оздоравливает тоже. Но вот мне главные штуки помогли — это терапия, дневник и спорт, то есть движение. Вот эти три вещи, мне кажется, они держали на плаву вот эти полгода, пока самый такой тяжелый период, мне кажется, проходил. Круто, круто. Слушай, мне нравится, что ты интуитивно собрал Для себя опоры в трёх самых главных, наверное, векторах — это психика и эмоции. Первый вектор. Второй вектор — это менталка твоя. То есть я так понимаю, что у тебя дневник, и письмо очень помогает с этим справиться. Да. И третья опора — это тело. И я думаю, что это можно прямо, знаешь, как must-have такой набор. рекомендовать ну если не в каждой кризисной ситуации, но очень во многих я думаю есть смысл в этих трех зонах себе собрать какие-то опоры может быть они будут выглядеть по-другому там и все немножко разные не каждому там чуваку зайдет ходить на йогу. Не каждый сможет писать, да? Но это же, по сути, это инструменты просто. Тут ты сам можешь… Да, ты сам можешь их выбирать как-то, я не знаю, компоновать по-своему. Но я, наверное, тут, да, отзовусь с тобой. У меня, наверное, инструменты чуть другие, но векторы те же самые. Потому что я думаю, что мы как люди, как вид, вряд ли что-то новое придумаем. А что ты делал? Что тебе помогло? Какие у тебя были инструменты? Слушай, в чем мы похожи? У меня тоже терапия, но терапия у меня уже больше трех лет. И групповая, и индивидуальная. Сейчас это уже такой суперстабильный островок безопасности в моей жизни. Что у меня было по-другому? Я вместо того, чтобы писать, я начал снимать. Я начал просто на камеру озвучивать какие-то свои мысли, иногда их выкладывать, а иногда не выкладывать. Наверное, это тоже отчасти дневник и тоже отчасти заметки, просто у меня почему-то они вот, да, в такой форме сложились. И, кстати, интересно, что сейчас я больше прихожу к тому, что я начинаю больше писать. для меня это такая новая грань того же инструмента и плане того чтобы какую-то телесную опору в себе сформировать да для меня это тоже был бокс и зал на тот момент мне это очень помогло без преувеличения Поэтому я думаю, знаешь, тут стоит отталкиваться от своего темперамента, наверное, от темперамента твоей психики, твоего ума, но это 100%. Есть смысл к тому, чтобы к 35 годам знать свой вот этот набор? Возможно, знаешь, я не исключаю, что после 40 он будет другим. а потом еще другим, а потом еще другим. Ну вот на данном этапе жизни я думаю, что это очень полезно. Раньше, почему я говорю к 35, потому что, ну вот в моей жизни, и так знаешь, я там с ребятами, с друзьями общаюсь, как будто бы раньше и таких запросов не так много возникает. Вот у меня всегда вообще ощущение было, что жизнь первые 25−27 лет… дает тебе, короче, поиграться в демку. Знаешь, дает тебе демку денег, демку отношений. Да, да, да. И ты бессмертный. Да, да, да. Бесплатно вообще. Вот просто в демку погоняй. А после 30 щелк и все. У тебя пробная подписка заканчивается. И ты такой как… А как? А почему? А я же привык, что все так просто, все легко. И как будто бы уже дальше все. Чувак, а теперь вот ты поигрался, а теперь давай-ка сам. И интересно, у кого-то раньше это происходит, у кого-то позже. У меня, наверное, это совпало, да, наверное, вот с 30−35. Примерно в этот период. У меня 33 получается. Да. Блин, у меня какая-то мысль была. А, про почему писать. Ты говоришь, что сейчас стал больше писать. Ну, или начинаешь писать, где-то у тебя тянет в эту сторону. Тут интересный момент. Я эту тему сейчас так изучаю. Почему вообще писать от руки полезно? Почему именно писать, а не на клавиатуре набирать, на телефоне или еще что-то? Хотя это тоже можно, это окей. Реально кому что больше нравится. Но с рукописным… текстом, какой есть прикол, что ты синхронизируешься по времени, по скорости со своими мыслями. То есть ты не можешь написать быстрее, чем ты подумал. То есть ты пишешь в тот же момент, когда ты думаешь вот эту мысль. И у тебя происходит вот эта связь опять тела, ты же рукой пишешь мелкая моторика, плюс ты думаешь в этот момент эту мысль, и у тебя есть возможность… Ну, там, ты же можешь не быстро писать, можешь медленно писать. В общем, ты контролируешь вот этот темп своих мыслей, и это определенного рода тоже как-то там позитивно сказывается на психике твоей. То есть это способ, опять же, замедлиться, как-то остановиться, вообще оглядеться, что происходит. Потому что на самом деле проблема большая с тем, что мы раздерганы, наше внимание раздергано. То есть мы на телефон много отвлекаемся, на YouTube, еще на какие-то штуки. То есть постоянно у нас очень много раздражителей сегодня. И вот эта тема меня очень интересует, потому что я когда дизайном занимался в студии, когда руководил, я постоянно за это топил, чтобы у людей не было этой раздроганности на удаленке. А там это была большая проблема тоже, когда у тебя по четыре созвона тебе ставят. У нас было правило, золотой талон, что не больше двух встреч в день должно быть, потому что иначе все, иначе у тебя весь день превращается во встречи, и ты просто ничего не успеваешь сделать элементарно. И вот мне кажется, что писать от руки, там сейчас мода возвращается на кассетные плееры, на винил, на вот это все, то есть идет в ту сторону, чтобы люди все-таки чуть больше находились в настоящем времени, не в прошлом, не в будущем. И еще хуже, что мне кажется, это безвременье. Вот безвременье я называю это, когда ты… зашел в какую-нибудь соцсеть, ленту полистать, и все. И ты там зашел с одной целью, а через минуту ты уже и не помнишь, а что ты вообще заходил, ты уже тебя там унесло вот этим потоком. И ты, короче, потерялся. И время пролетает очень быстро. Я вот сейчас, особенно когда с ребенком время провожу, замечаю, как по -разному время течет в разных обстоятельствах. Одно дело, когда ты в телефон зашел, буквально что-то было взял, и раз, у меня есть минут 10 сейчас отдохнуть. И эти 10 минут, они просто как минута прошли. И другое дело, когда я там час с ребенком провожу, это реально час, это там мы что-то там играем, что-то там смеемся, там на животе лежим и вот такие, ну она маленькая еще, там не особо много чего можно сделать, но тем не менее ты вместе с человеком другим это проводишь, ну самым там тебе, может сейчас близким, важным для тебя. И это просто разные ощущения времени совершенно. И вот для меня дневник это в том числе еще про то, чтобы время немножко… замедлить, что ли, в каком-то смысле, потому что оно и так очень быстро идет, и хочется иногда его чуть-чуть растянуть. Вот. Как -то так. Поэтому, мне кажется, письмо в этом смысле — это прикольный формат, который сейчас… Не знаю, на Западе я смотрю, там прям все пишут дневники, прям очень много. Я не поэтому его пишу, но я наблюдаю, что этот тренд очень сильные обороты набирает. У нас как-то, мне кажется, пока еще не настолько. Согласен с тобой, я сам подписан на Дэна Коэ, очень его люблю, еще на нескольких, ну, западных там блогеров англоязычных, кто продвигает эту тему. Я в этом плане двоечник, наверное, потому что я со школы, то ли у меня неправильный хват, то ли что-то такое, мне очень тяжело долго писать от руки. В универе это для меня просто было мучение, у меня постоянно болит рука. И поэтому я все свои записи веду в электронном виде. Но стараюсь их тоже как-то систематизировать, чтобы это не просто хаотично был поток мыслей. Но да, 100% это учит какой-то и дисциплине ума, и ну, учит в принципе думать. Как бы это ни звучало, мне кажется, что сейчас это потребность… постепенно выходит на первый план. Потому что я замечаю, когда мне хочется почитать что-то живое, не какой-то из лоб. Я в твой канал иду, знаешь, или ну как бы у меня есть места, где я могу почитать то, что ну я знаю, что оно будет написано человеком, и ход мысли там будет человеческий. Хотя, конечно, я там в своих каких-то задачах я частенько к искусственному интеллекту обращаюсь. Ну, мне кажется, да, тут вопрос, с каким намерением ты обращаешься в целом. То есть я в этом смысле считаю, что нет плохих инструментов, но все зависит от того, какое у тебя намерение. И вот, кстати, про намерение, это, мне кажется, тоже большая тема, от которой я много размышлял в том году, потому что… И я, когда закрыл студию, я пошел в найм. Кстати, вот немножко про путь можем поговорить, тоже пересекается то, что мы хотели обсудить. И у меня какая была логика тогда? Я такой, блин, окей, я закрыл свое дело, у меня большой опыт, я что-то понимаю в дизайне, в том-всем, надо найти работу, наверное, и попробовать уже себя там. У меня был какой-то опыт в найме и до этого, он был ок, не сказать, что суперуспешный, просто нормальный. Я довольно быстро нахожу работу, меня берут в продукт. Причем там еще и нужно английский использовать, выход на зарубежные рынки какие-то там предусматривается. То есть там интересные перспективы. Там тоже есть внедрение ИИшки, еще что-то какое-то. Тогда это только начиналось, сейчас, мне кажется, уже все это делают просто поголовно. И через полтора месяца меня увольняют, потому что там не сошлись какие-то ожидания, какие я так до конца, честно, и не понял. В общем, у нас там был разговор с руководителем, и, короче, вот как-то меня увольняют. Я уже и сам за неделю до этого чувствовал как-то вот, знаешь, кожно-жопное ощущение, что, наверное, мы расстанемся, что-то какая-то хрень происходит, мутная. В итоге, вот. И, блин, а к чему я это рассказывал? Черт, мысль-то была такая хорошая. Про путь, про путь ты говорил. Вот найм, не найм. Потому что я слышу, что у тебя в блоге вот эта тема, она тоже часто поднимается. Мне это тоже просто откликается, поэтому хочется сейчас подсобрать как-то, чтобы мы вот здесь побыли. Про намерение я начал. И какое у меня было намерение тогда? Я думал, я найду сейчас себе работу, у меня будет стабильный доход, и все, я как бы классно, у меня все будет четенько, я буду сидеть наконец-то, получать зарплату, делать какие-то задачи, и нормально. И когда меня уволили через полтора месяца, я, честно говоря, даже не расстроился. Ну, как бы у меня не было вот этого там, ну, как жаль, типа, что -то такое. То есть я там не грустил прям сильно. Я скорее такой подумал, блин, окей, а что мне эта ситуация, что она от меня хочет вообще, эта ситуация, что она мне хочет сказать. Я такой, блин, наверное, найм — это не совсем мое, наверное, это просто не я. Ну, то есть это не то, что мне нужно, не то, что мне подходит вообще. Вот это намерение, что получать зарплату, оно на самом деле мне вообще противоестественно. То есть для меня получать зарплату, это все, это как вот застрелиться, пойти буквально. Ну, то есть психологически умереть просто для меня это. Поэтому мне гораздо легче, когда есть понятная задача какая-то, которую надо решить. Мне понятно, какой-то проект или какая-то проблема, есть какой-то вызов. То есть мне вот это нужно, чтобы присутствовало. Если этого нет, все, у меня сразу внутри все… перегорает, мне неинтересно тут же уже, и это вот прям чувствуется. И я понял, что, блин, вот фразу я где-то вычитал у чувака одного, по-моему, это Дерек Сиверс, есть такой тоже американский, он американец, но он уже давно не живет в Америке, там лет 30, наверное. Чувак уехал, сжег там свой паспорт или вышел из гражданства, живет где-то в Новой Зеландии, по-моему, в джунглях каких-то вообще. И раз в сутки выходит в интернет, чтобы что-нибудь там выложить. Вот у него такой лайфстайл интересный. И вот у него есть фраза «Never work for money». Типа, никогда не работай за деньги. И у него концепция, что никогда не работай за деньги. То есть работать надо за что-то другое, за какой -то другой прикол должен быть в работе. Деньги — это просто… То, что ты получаешь, чтобы себе другие какие -то блага обеспечить, но это никогда не должно быть основной твоей мотивацией. И я подумал, блин, это очень верно, и это прям мне очень нравится. Я такой, все, забираем себя. Слушай, интересно, потому что сейчас я чувствую вот эту грань. Тоткого льда, где мы сейчас можем с тобой провалиться в это, знаешь, типа менторство, ребята. Деньги — это просто инструмент, деньги — это просто энергия, там еще что-то. Слушай, у меня, честно говоря, я тоже… У меня мой путь как бы профессиональной реализации, он тоже очень зигзагообразный. Между наймом, проектной работой, собственным делом. И я все… Примерно так же, года три у меня. Угу. Я тот предприниматель, который купил в ипотеку и который еще брал в долг деньги при этом. На первый взнос, естественно, да, потому что у меня не хватало. Да, да. Да. Это еще на самом деле… А, говори, говори. Да, да, я согласен. Слушай, ты очень четко разложил прям и очень классно дополнил, потому что на самом деле, да, я согласен, именно про ценности я упустил момент. Это да, это про две вещи. То есть вообще из чего ты действуешь в моменте, в какой-то ситуации, из страха или из какой-то жажды комфорта, еще чего -то может быть. И здесь момент, почему это возникает, что для тебя ценно. И не врешь ли ты себе? Вот, мне кажется. Я вот здесь себе слукавил, соврал, получается. Потому что, знаешь, интересно, первый мой порыв после закрытия студии был — это запустить консалтинг. И он у меня, она-то идея прям такая первая вот пришла, и она такая сильная. Я думаю, блин, да классно, надо попробовать. А потом что-то такое, ну, надо попробовать найм. И оно вроде бы была норм идея, знаешь, вот норм, и надо сделать, наверное, но не вау. И вот я сделал, попробовал и убедился, что все-таки если не вау, не надо себе, короче, натягивать целу на глобус, притворяться, что, наверное, это может быть мое, возможно, получится. Ну нет, если оно тебя уже на уровне… просто мысли об этом не торкает, никак не заряжает, тебе не хочется прямо вот сейчас пойти это делать, как-то нет вот этого заряда, то, наверное, это совсем твое. И вот это для меня еще вот про это, что себе не врать. В итоге меня уволили, я запустил консалтинг, я норм его прям повел там в следующие полгода, может, больше. Сейчас пока ничего не веду, но я заработал достаточно денег, чтобы мне сейчас было ок. Ну, типа вот. То есть настолько хорошо было. Я такой, блин, класс, а чего же я тогда сразу-то это не сделал? Для меня это был такой урок, что не нужно… Надо себя слушать, не надо, короче, бояться вот этих каких-то идей, которые приходят иногда. Они просто тоже… Штука такая, а что, если не взлетит? Страшно. То есть это то, что… Но что-то новое все равно, потому что это не дизайн продавать, это чуть другой уровень. опять же, как сказал, ответственности, потому что от консультанта обычно ждут решений каких-то, и потом еще хочется, чтобы эти решения привели к какому-то результату, а мы не пророки, как бы тут и в этом уровень рисков, он там довольно высокий. С дизайном в этом плане сильно проще, ты сделал дизайн, ну, как бы он принят, и все, и дальше там уже никого не волнует, будет там что-то работать, не будет, в принципе, тебе уже никто ничего не предъявит никогда. Вот с консалтингом чуть иначе. Так что да. Но вот не врать себе, мне кажется, главный для меня был вывод в этой ситуации. Я потом тоже про это много в дневнике размышлял, что, собственно, почему я так копал, кто я, кто не я, вот эти моменты все, что для меня ценно. Это был в том числе поиск ответа на вопрос, где бы мне потом себе снова не соврать. Вот мне бы не хотелось в эту ситуацию попадать. И это на самом деле, кстати, помогает очень, в том числе с родительством сейчас, потому что я вспомнил, благодаря всем этим своим, вот этому кризису, что на самом деле-то я очень… давно и, наверное, с детства вообще хотел быть отцом. Для меня вот эта мысль быть классным отцом, как-то вот она… Причем я даже не понимаю, как она вообще появилась. Не скажу, что у меня перед глазами были примеры каких-то классных отцов в детстве. Скорее, нет. Но сейчас я понимаю, что, возможно, как раз именно поэтому мне и захотелось им стать. Я такой, блин, ну… Я этого не видел, но у меня-то есть возможность самому быть. И мне кажется, это очень интересно, как на нас влияет опыт детства, что мы иногда думаем, что вот у нас был плохой опыт, какой-то негативный, и мы часто приходим в терапию. Я за себя сейчас говорю. Я думаю, кто-то себя в этом узнает. Мы приходим в терапию с обидой на прошлое какое-то. А потом оказывается, что это прошлое сделало нас теми, кем мы сейчас являемся во многом. И часто это может сработать и в плюс, как оказывается. В моем случае это так. Не говорю, что у всех так. У кого-то явно может быть опыт, который жестко травмирует, и вообще не в плюс. 100% такой опыт есть, не дай бог. Но вот у меня было так, что я такой, блин, оказывается, благодаря этому я сейчас такой. И ты начинаешь по-другому этот опыт смотреть. И начинаешь, собственно, лучше понимать. Что делает мужчина мужчиной? Что все-таки какой-то стресс, какие-то потрясения должны быть. Ты должен где-то по пути умереть несколько раз, прежде чем стать тем, какой ты сейчас. Или тем, кем ты хотел бы быть, мне кажется. Давай, давай. Это странное было чувство. У меня мысль пойти на бокс несколько раз возникала за последние пару лет. И я ее всегда отодвигал с какой -то внутренний голос, не знаю, что там, наверное, какой-то критик или кто-то. Да, это не твое. Ну, вообще, это бокс. В голове это ассоциировалось с чем-то, не то что с насилием, но условно. Ну, это единоборство все равно, то есть ты можешь травмировать человека гипотетически, себя травмировать легко. И у меня был, видимо, опыт в детстве какой-то. Я ходил на карате, я там себе свернул шею и потом месяц лежал в больнице. Может, поэтому я думал, что это мое. Восстанавливали, вправляли позвонки, все дела. У меня было плохое зрение из-за этого. Довольно травматичный опыт. Но это ладно, не это, наверное, повлияло. Скорее, повлияло то, что мне потом все время говорили, что это метод от физкультуры, не надо тебе спортом заниматься, береги себя, вся эта фигня. Любому пацану хочется заниматься спортом, хочется активности, потому что ты через это выражаешься. Мальчик взрослеет, невозможно тебя привязать, сиди и что-то делай. А меня отдали в музыкалку. Мне нравилось даже. Это совсем другая штука. Это то, что взращивает дисциплину, методичный подход. И в этом, наверное, моя сильная сторона. А вот со спортом как-то у меня не заладилось в свое время. А тут я думаю, мне надо пойти. И я встаю перед этим выбором. Я уже выбираю даже студию, куда пойти записаться на тренировку. Там уже есть, вот захожу записаться. Я понимаю, что я записаться не могу. У меня вот дальше мышка не идет, короче, записаться. То есть, ну, понимаешь, вот настолько вот этот страх внутри. И вот он конфликт, пожалуйста. Ну, то есть это ты внутри не можешь принять, что разрешить себе просто попробовать даже. Настолько тебе страшно, ты боишься. Это очень нерациональный страх. Что бояться-то? Тебя же там не будут сразу бить, на ринг не выведут сразу, давай три минуты боксировать. Никто этого не будет делать, понятно, но внутри что-то не дает. Я прям пошел к терапевту поговорить об этом. И самое смешное оказалось, что моя психотерапевт четыре года ходила на бокс. И я сижу такой, думаю, знаешь, мне стыдно становится, думаю, блин, нащаду, то есть, как бы это сейчас, простите, будет звучать по-сексистски, но как бы женщина ходила на бокс, а я тут типа что-то менжу из, короче, что я боюсь-то. Ну, мы, естественно, поработали с этим, все равно разобрались, что да как, и я записался, пришел на первую тренировку, и у меня тоже тренер спросил, какой у тебя запрос, что ты хочешь вообще. И я говорю, хочу быть увереннее, внутреннее, чувствовать себя спокойнее, увереннее, ну, как-то вот, какой-то контакт с собой больше найти. То есть я говорю, мне неинтересны спарринги, сразу говорю, я не хочу людей бить, мне это вообще, ну, как-то не нравится, я себя не представляю в этой роли, там, и не хочу вот в эту сторону двигаться, тем более там по голове, не дай бог, кого -то бить, ну, то есть мне бы и саму не хотелось получать. И он сказал, окей, все, давай тогда будем в эту сторону работать. И я после первой тренировки вышел с ощущением, я такой, бляха-муха, я что раньше-то на это не пошел? Это прям мое, это прям то, что мне не хватало столько лет. Выплеск вот этой агрессии какой-то, может быть, накопившейся каких-то эмоций тяжелых, еще чего-то. То есть оно все там остается, и это очень круто. Вот если есть дневник, да, можно написать, сесть, но лучший инструмент, я понял, это через тело выводить всякие тяжелые штуки, когда накопился стресс какой-то, когда хочется просто звенящей тишины в голове. Вот, мне кажется, лучше способа, чем через тело. Любой можно спорт, мне кажется, выбрать или даже просто ходить. Это, мне кажется, безотказно работает. Для меня бокс стал таким местом. И сейчас, когда у тебя маленький ребенок, у меня маленький ребенок, это довольно много стресса, потому что он кричит. Почему он кричит? Ты иногда сначала не понимаешь, тебе надо выдержать этот крик. Тебе довольно много тяжелых эмоций надо выдерживать. Я уж не говорю о том, как мама себя там чувствует после родов. Это всегда тоже тяжело. То есть нужно ее поддерживать. То есть это довольно большая нагрузка для отца. И об этом, не знаю, говорят вообще, не говорят, я не в курсе, честно. Я не читаю просто какие-то отцовские паблики, есть ли они. Но это, правда, надо выдержать. И чтобы это выдержать, нужно самому быть окей. Для меня быть окей — это в том числе где-то выбросить это все, оставить это в другом месте, не оставлять это дома, не копить это в себе. И бокс — это мой метод выбрасывать накопившуюся фрустрацию, усталость, еще что-то. Я хожу раз в неделю, часовая тренировка, мне хватает заряда еще на одну неделю ровно. Вот это мой темп, я его себе выбрал, я там не гонюсь за достижениями никакими, ничего такого не делаю. Вот это просто моя штука, которая меня приводит в порядок. Вот сейчас это так, вот с января где-то я хожу, да, получается, с какими-то перерывами там где-то, но в целом регулярно. Да. Не, находил, были способы, ну, я ходил в тренажерку, на турники, то, что мне тоже нравилось. Пробовал бегать, вообще не зашло, прям мучение какое-то сплошное было. Лучший способ, который я для себя нашел, который вот прям работал и работает до сих пор, но сейчас уже меньше я его, кстати, использую, возможно, за счет того, что есть бокс. Я просто шел на длинную какую-нибудь прогулку, час-полтора, быстрым активным шагом, и я мог просто даже вслух что-то выговаривать, ну, прям размышлять, короче говоря. Это был вот самый эффективный способ выпустить пар. что-то обдумать, успокоиться где-то. Я там даже с психологом обсуждал, он сказал, что это очень хороший прием на самом деле, то есть хорошая тоже штука, как высвобождать гнев, какие-то такие тяжелые эмоции, если тебе тяжело, наболевшее что-то, вот это очень хорошо. Мне кажется, вот. Но знаешь, в чем проблема, почему я говорю, что именно этого не хватало? Потому что я почувствовал сразу, что это лучше, чем все, что я до этого делал. Лучше, чем тренажер, лучше, чем турники. То есть оно дало что-то такое, чего там не было. А почему я занимался только тем, не пробовал новое? Это, не знаю, инерция какая-то. То есть, знаешь, ты когда-то сходил в тренажерку и такой, ну, блин, прикольно. И потом вот эта мысль постоянно, блин, надо вернуться в тренажерку, надо вернуться в тренажерку. А я уже там два года в нее не возвращаюсь все никак. Я начал задаваться вопросом, а что я вообще решил, что мне надо именно в тренажерку-то? Ну, то есть откуда, почему я именно туда-то иду? Может быть, мне не туда надо? И вот, мне кажется, вот эти вопросы очень помогают докопаться до сути. То есть мне когда-то сказали, что спорт не мое, я себе вбил это в голову. А тренажерка — это как бы не совсем спорт. Это, ну, ты просто пришел, поделал какие-то упражнения, в целом они там плюс-минус безопасные, понятные всем. Тебе даже не особо тренер нужен там. И как бы это вроде ок. А на самом деле ты, получается, себя ограничил где-то, просто поставил себе такую стену. И вроде бы ты занимаешься чем-то, но на самом деле это не совсем то, что ты бы мог или хотел делать. И то, чтобы тебя как-то раскрыло до конца. Удовлетворение гораздо больше, например, для меня в боксе. Я часто это чувствую. У меня есть еще одна галочка. Это плавание. Я не умею плавать. Я тонул в детстве. И у меня большой страх, в принципе, воды. И вообще страх сейчас в 34 года пойти в бассейн, где маленькие пацаны плавают уже туда-сюда по 50 метров изи. И я там буду болтыхаться, здоровый дядя. Вот это… Еще одна штука, которую я хочу преодолеть. Я думаю, что все нормально. В следующем году попробую взять большой целью найти себе тренера. Потому что это тоже про, опять же, страх какой -то внутренний. Хочется как минимум держаться на воде, просто не бояться уже этого, понимать, что с тобой происходит, что ты делаешь. Но изначально-то я когда размышлял, такой, блин, ну страшно, да. Но когда вот уже пошел на бокс, уже какой-то страх один преодолел, второй уже не так страшный. У тебя появляется как бы, знаешь, условный чек-лист, как и этот преодолеть. И ты такой, а, ну все, следующую штуку понятно, как уже разблокировать, надо просто по этому же примерно пути действовать. Да, до 100%, конечно. Ну, то есть здесь, мне кажется, всегда важно… Я понял одну вещь для себя, про себя опять же, что я очень много пытался рационализировать в свое время, то есть все пытаться объяснить как-то, через логику действовать. А я понял, что это вообще не для меня штука. Мне скорее нужно больше через тело, через интуицию идти. То есть… Вот эта базовая реакция «бей, беги, замри», она, как правило, дает уже какой-то сигнал через тело, что ты вообще чувствуешь по поводу чего-либо происходящего вокруг, для того, что ты наблюдаешь в данный момент. И, как правило, в моем случае это то, к чему стоит прислушиваться. Вот я так понял. Потому что дальше начинается рационализация, и она часто уводит вообще не в ту сторону. Вот как у меня было, собственно, с консалтингом и наймом. Я сначала, интуиция сказала, иди в консалтинг, а я такой, не, ну надо сначала же как бы попробовать вот сюда, ну это же правильно. Ну вот правильно для кого? И для меня. И для меня правильно оказалось. да да Да-да Да. Угу. Да, это, кстати, очень похоже с писательством, параллель сильная. Мне очень понравилась твоя мысль сейчас про вот это быть в ладу внутри себя, с своей, там, не знаю, душой, с сердцем, скорее даже, как раз с телом. Я вот, собственно, как-то первое, что у меня было, это йога, кстати, еще перед боксом. Почему я туда пошел, это тоже про это. Потому что там, ну, во-первых, упражнения, которые ты, как правило, раньше не делал никогда. Они странные могут быть, или надо баланс на одной ноге держать, например, стоять. Это в целом нетривиальная задача для многих. С фестиваляркой не самые лучшие отношения. Но за счет того, что у тебя в этот момент ты в принципе не можешь ни о чем думать, просто чтобы не упасть. У тебя очень сильный фокус на тело. Ты прям начинаешь чувствовать, как там у тебя какие мышцы, куда там что крепится, как таз подвернуть, еще какие-то штуки. То есть то, что ты раньше не чувствовал вообще в принципе, или не задумывался, как там у тебя работает. И как там у тебя плечи могут, оказывается, гнуться, или что ты, в принципе, вообще-то, оказывается, даже чуть-чуть гибкий, в целом не деревянный, как оказалось, я думал про себя. И ты про себя какие-то штуки открываешь, и я вообще понял, что конфликт, это в том числе любой, он про то, чтобы чуть приблизиться к тому, кто ты есть, чуть лучше себя узнать. И не то, что даже что-то преодолеть обязательно, но скорее ты… ты как раз через преодолевание в моменте узнаешь что-то про себя новое и все больше становишься собой. Потому что я с женой про это говорил, мы много тоже вообще рассуждаем на подобные темы. Она, мне кажется, основной мыслительный партнер в этом смысле, чтобы в пинг-понг в этот поиграть. Мы рассуждали как раз на тему с ней, что жизнь — это череда Сначала тебя учат чему-то, череда обучения, а потом ты отучиваешься от этого. И это даже на ребенке очень хорошо видно. Ребенок сначала учится сосать пустышку или что-нибудь такое, а потом ты его отучиваешь от этого. Он учится засыпать так, потом ты его переучиваешь засыпать, чтобы он сам спал. И мы так со многим у нас. Нас родители чему-то научили когда-то, еще кто-то научил. Или мы что-то про себя узнали, как ты говоришь, в детстве, а потом мы такие выросли, а, блин, а это вообще правда? Это вообще я? Ну, как бы мы не знаем. И это, мне кажется, один из самых больших конфликтов вообще человека в целом в жизни, и с которым любой сталкивается, неважно, девушка, парень, потому что это всех касается. Но у мужчин это просто особенно остро, кажется, происходит, потому что у нас даже… Для любых моделей-то мало перед глазами и было, и сейчас, кажется, их не так уж много. На кого прям вот хочется сильно равняться, они есть, но они чаще всего, кстати, не те, с кем я знаком лично, или там это могут быть какие-то вообще умершие люди уже. Ты там читаешь биографию, понимаешь, мол, был крутой мужик, понимаешь, блин, есть у него чему поучиться. И вот в этом еще тоже сложность, что чтобы понять… Кто ты и какой у тебя там путь, и куда тебе расти, куда тебе двигаться. Часто приходится действовать как раз от обратного, мне кажется, в нашей культуре. Ты скорее двигаешься от того, кем я не хочу быть. Но это, кстати, тоже неплохой способ начать в целом движение какое-то. У меня так было, по крайней мере. Я от обратного действовал. Угу. Ну, да. Слушай, наверное, я просто об этом размышлял, но я, мне кажется, ни с кем не делился этим, потому что это довольно… Это может показаться, что я хвастаюсь, мне кажется, иногда. То есть я, например, узнал, что я довольно сильный. Ну, типа, если я могу ударить, я могу ударить сильно. Мне казалось, что это как бы сложно. То есть я еще потому что не особо понимал механику, как вообще бить. То есть что ты не рукой бьешь, ты на самом деле, оказывается, из ноги удар идет и так далее, и так далее. То есть вот эти все вещи, когда осваиваешь, и когда техникой работаешь постепенно. Там вот последний раз мы тренировались, и тренер такой в конце, блин, аж руки затряслись, типа нормально вкладывался. Он такой, ну, похвалил меня, то есть я такой, блин. А до этого, там, сколько тренировок было, этого не было. То есть это тоже штука такая, которая накапливается. Но из интересного замечаю, бывает тренировка, придешь ты вот какой-то, ну, всратенький такой. И вот мы вроде потренировался, все равно хорошо, да. Ну, как-то вот чувствуется, что не выложился. А один раз я что-то пришел, и я был прям вот… Ну, вот, не знаю, фурия. Меня прям что-то внутри клокотало. И я прям помню, что я даже не устал. Хотя нагрузка была, ну, такая, хорошая. Но я понял такой, блин, а что, все, что ли? Типа, я еще могу? То есть это тоже от того, с каким ты зарядом внутри приходишь, тоже важно. Ну, влияет это на результат на самом деле. И агрессии на самом деле довольно много. То есть я вообще на самом деле думаю… что моя тень — это чувак довольно, ну, быть, беспринципный, который мог бы, ну, там, ломать людей и еще чем-то таким страшным заниматься вообще изи. То есть, условно, знаешь, многие об этом, мне кажется, не признаются, но у нас же есть это у всех. Когда ты хочешь причинить боль человеку, ну, физическую буквально, тебе там кто-то выбесил, ты что-то разозлился, и ты думаешь, блин, я бы ему там и там и так и всякое его там бы поломал. И это вот… признать в себе довольно стрёмно, потому что это не самые поощряемые вещи в обществе, что это не очень-то хорошо. Но вот бокс — это то место, где ты можешь это себе позволить. Вот у тебя мешок или лапы, и ты можешь представить этого чувака и ради бога выложить на все 200%. легально, никого не поломав. Мне кажется, это в том числе важно иметь место, где ты можешь эту агрессию выпускать. Кстати, особенно если у тебя рождается ребенок. Это я прочитал у этого, у Маконахи. Я тогда это не понял, когда книжку читал про его автобиографию про зеленый свет. О, вот-вот. Да, хороший книг, кстати, я рекомендую. У него там классная фраза, что мужчина никогда не будет более маскулинным, чем когда у него родился первый ребенок. Я сейчас дословно перевел с английского, не знаю, кто по-русски ровно сказать. Вот. И я на самом деле это испытал, когда дочка родилась. Я прям такой неимоверный прилив сил и заряд почувствовал, что я не знаю, с чем это сравнить. Ну, то есть, и в тебе, не знаю, что там в ушу и какие там гормоны у мужчин вырабатываются, но ты прям вообще… Чувство, что нет проблемы, которую я не могу решить. Вот тебе все по плечу. И там идешь на тренировку, и у тебя там все тоже летит хорошо, прям все складывается. То есть… Поэтому нужно находить выход, потому что если это не будет в здоровой форме выходить, ты будешь агрессивить где-то в другом месте 100%. Ну, то есть агрессия — это нормально для мужчины. Просто вопрос, как она проявляется. Я, допустим, у меня есть такой момент, что если я злюсь, я стараюсь сразу в действие какое-нибудь переводить. Ну, то есть если я не могу сейчас пойти на тренировку, да, прям вот, я же не могу сейчас выбежать и в зал пойти. Ехать надо, еще что-то там, короче. Я стараюсь в действии уборку сделать, посуду помыть, то есть пошел что-то приготовил, короче. И это для меня способ, опять же, прожить тяжелую какую-то эмоцию. И опять же, никто от этого не пострадает, наоборот, что-то сделано после этого. Или я пошел, сел какой-нибудь там, могу пост написать какой-то, еще что-то. То есть куда -то эту энергию направить, вот это, мне кажется, очень важный момент. Желательно не на людей. давай вот такая же история потому что они, кажется, как будто все связаны, с одной стороны, а с другой стороны, они очень… Каждая с разной стороны отражает какую-то часть жизни и много глубины в этом, и там можно, правда, запутаться. Для меня, слушай, тема отцовства, она стала, наверное, очень важной еще, потому что я… У меня позавчера как раз был… еще короткий и там **** же ну дали это был эфир я там рассказывал историю на пять минут из там была задача прям вот эти рассказать историю я вот за пять минут рассказал собственно свой ствол и что произошло после того как я закрыл студию и как и чем это не привело и почему для меня собственно собственно такой важный я как сейчас потому что это на самом деле очень крутая новая идентичность через которую можно себя определять И ты при этом можешь быть кем угодно дальше вообще в жизни. Ты можешь быть хоть сварщиком, хоть слесарем, хоть разработчиком, хоть еще кем хочешь. Ну, неважно вообще. Но если ты отец, это штука, которая с тобой навсегда, на всю жизнь. Все, ты не можешь перестать быть отцом. Ты если им стал, то как бы дальше только выбор, как ты этим распорядишься, как ты это используешь. Будешь ты со своим ребенком время проводить, будешь ты в него вкладывать внимание свое, уделять ему. время играть с ним. Или ты скажешь, да, пусть пока вырастет, а потом я уже им займусь, когда он там будет с ним о чем поговорить, я тогда жизнь научу. Так вот, для меня это такой момент, что я все свои титулы потерял, все свои звания, какие там у меня были, полностью все объявился, все, что я делал, больше не интересует и торгует. Я больше об этом даже не думаю, мне кто-то что-то рассказывает про дизайн, я такой, вот у меня внутри вообще не екает, ну то есть… вообще неинтересно. Прям мертвая зона, прям выжженная земля. Там, глянь, может что-то вырастет снова, но не в ближайшие годы. И от родства, я знаю, что я себя поймал на мысли, меня кто -то тут тоже позвал в проект какой-то там, что-то в итоге не сложилось. Но я сидел, думал в моменте, блин, у меня вот сейчас мысль пойти там для дочки колыбельную с кем-то записать музыку, чтобы была, короче, я стихи написал, а музыки нет. И вот эта штука делать. Блин, да, конечно, колыбельную писать для дочки, это гораздо прикольнее. Это в этом вся жизнь сейчас у меня. Вот я тут нахожусь. И все. И для меня вопрос не стоит, кто я там. Вот в данный момент я пишу и преподаю. Но главное, что я сейчас отец, и это со мной надолго. И мне очень нравится эта роль. Она понятная. Понятно, что надо делать, что не надо делать. И у меня вообще все вопросы отпали автоматически. Мне кажется, для меня еще важный момент, вот сейчас тоже про писательство. Для меня было, кстати, большим конфликтом себя писателем назвать, потому что я думал, что писатель — это тот, кто зарабатывает на жизнь писательством. А я как бы не зарабатываю на жизнь по факту. Но я при этом пишу постоянно. И то есть у меня вот эти две штуки не сходились в голове. И потом я просто убрал эту часть про зарабатывать на жизнь, потому что писатель — это тот, кто пишет просто. Все, точка. И у меня все сошлось. Я такой, блин, вот теперь я могу себя назвать писателем. Потому что до тех пор у меня был вот этот жесткий конфликт, опять же, про деньги. Еще как бы тут тоже очень сложно всегда. Там, где деньги замешаны, это всегда больная тема какая-то у многих. И я очень много времени поправил, чтобы свои отношения с деньгами наладить в целом. Ну, то есть понять, для чего они мне, как я к ним отношусь, что я их ненавижу. То есть у меня был реально большой путь от ненависти к ним до любви. и про про ограничения что на самом деле она освобождает на каком плане даже сильно меньше времени три раза меньше времени просто свободного, но теперь это очень простой выбор на что его потратить то есть у тебя есть выбор там пойти сериал посмотреть ну как бы он есть может открыть youtube там еще что то сделать еще я вообще-то хочу там что-то написать подписать есть и вот этот час который там где это чудом выкоррелся ты уже задумал рассчитать его потратить потому что ты понимаешь что этот час все это единственное что у тебя есть сегодня может быть на себя и в этом смысле у тебя очень упрощается выбор почему мне хотелось бы больше всего для всех пожелать побольше быть в реальности нам всем. Тебе спасибо. Я рад, что ты записал то видео, и вот мы поговорили. Все случилось. Мне нравится идея. Давай попробуем. Да, давай. Да, это не относится к теме конфликтов, но это прикольно на самом деле. Ну, я люблю тоже про это вообще. Ну, то есть я сам постоянно что-нибудь читаю и смотрю, то есть нет такого, что я что-то достиг и остановился. Мне кажется, это никогда не случится. Слушай, мне кажется, что здесь книги про писательство, они могут больше даже навредить, чем помочь. Ну, там, например, да, или про письмо. Единственная, возможно, книжка, или даже, ну, если ты на английском чуть-чуть читаешь, или там, ну, ты говоришь, что ты смотришь блогеров, значит, скорее всего, ты можешь прочитать. Есть… Это даже не книга, это статья Курта Вонигута, это американский такой фантаст. Есть русская версия книги, она довольно толстая, и местами не очень хорошо написана, как мне показалось. Она называется «Пожалейте читателя». И вот ты можешь найти… Есть книга, которую его студентка написала вместе с ним в соавторстве, она на русском есть. Но изначально это была просто статья в каком-то журнале, где он очень кратко, емко объясняет какие -то принципы хорошего текста, условно, художественного, в первую очередь, так понимаю. Но вот это то, что может быть полезно. А вообще, чтобы научиться писать или мыслить через письмо, мне кажется, самый лучший способ — это просто писать каждый день. То есть, ну, это свой темп выбрать. что это будет не так уж важно. Это может быть дневник, это может быть какие-нибудь там, спасибо Господи, письма благодарности, это вообще все, что хочешь. Могут быть заметки какие-то просто. Это может быть твой канал, где ты просто можешь краткие свои мысли набрасывать. Ну, то есть, почему нет? В общем, все, что угодно, все, что тебя заставляет мыслить через текст, я думаю, это и тебя в том числе развивает. Наверное, там, подкасты или… Голосовые сообщения, если ты будешь записывать, да, это тоже в какой-то степени про это, но это все равно речь, видишь, другое. То есть ты… по-другому это работает чуток. Что еще? Наверное, читать полезно. Читать, но тут опять, что читать? Мне кажется, просто хорошую литературу, та, которая тебе откликается, неважно, будет это детектив или еще что-то. Если ты будешь в этом находить интересные какие-то приемы, которые тебе понравятся, как это написано, как это сказано, будешь это для себя выцеплять осознанно. Это постепенно в твой арсенал войдет писательский, и ты просто его будешь обогащать. Я в свое время что делал? Я прям читал тех, кто мне нравится, блогеров, того же Тему Лебедева, Ильяхова, еще кого-то. И где-то я прям, о, мне понравился вот этот прием, или вот здесь, как он вот это сделал. Я это прям в свои тексты вставлял, ну, как-то вот осознанно, неосознанно я это пытался этому подражать. И на самом деле вот эта штука обучения через подражание, она очень хорошо работает. Это то, как, в принципе, мы учимся всему. То, как, кстати, дети речь формируют, как они учатся вообще говорить. Они смотрят на рот родителей, что родители делают, и пытаются повторить буквально мимикой твои действия. Просто это занимает почти год, прежде чем ребенок там какое-нибудь первое слово скажет. Но это только так и работает, собственно. То есть через подражание мы все и учимся. И поэтому, мне кажется, вот это очень классный инструмент. Поэтому если ты будешь читать литературу, тексты, которые тебе нравятся, и находить в них что-то для себя, забирать это как инструмент в свой арсенал, вот я думаю, это будет тебя обогащать лучше всего. Да. Тебе спасибо.